Блог им. vyanko Глава 6 Просыпается украинское село, а с ним и люди.


Зарницей поднимается утро в селе… Небо на востоке постепенно светлеет и ночная тишина, царившая вокруг, медленно тает . Под окном сначала едва-едва, а потом уже слышнее шелестят листья, в которых, также просыпаясь, зачинают свою утреннюю песню птицы. Нет, не петух во дворе, который потом выйдет важно и только с солнышком, а затем вытянет шею и зазвенит так, чтобы просыпались люди. А сначала утренняя птичка едва зажурчит, что парит уже земля и ждет своих сынов и дочек. Ещё не зовёт, а только шепчет над ухом и ждет, как мать, которая выглядывала сына до самой зари и теперь жалеет его будить. Но земля проснулась и знает, что совсем скоро придут ее дети, потому что им без нее никак нельзя обойтись. И роса на лугу пробудит всё их тело, хотя и коснется она только их босых ног.
«Босыми ходите по росе, потому что в ней столько здоровья?! Ой – ёй — ёй! А счастья сколько…? Без остатка в каждой капле и сквозь нее посмотрите… И всё вокруг изменится, потому что она чиста, как выплаканная слеза, что дрожит в глазу, а потом так медленно покатится по щеке. Все же лучше радости, чем от печали», — думал и шел ранним утром босым по росе уже за селом человек.
А там, поодаль услышал он, как приближается журчание речной воды на старой-старой мельнице, которая уже почти пропала, потому как не молол никто больше на ней зерно. Вот мельницы и нет, а то журчание протекающей воды западает, аж в самую душу. И там же окраине села, ругая петуха за крик, молодка залюлюкала колыбельной своего малыша. А он лишь шевельнулся и не испугался потому, что каждое утро слышал петушинное пение.
Шёл человек тот в соседнее село, потому как дома, так и не заснул. Приспал он свою любимую жену, которая может впервые за их жизнь не проснулась, когда он осторожно встал с их кровати. И только нежная улыбка на ее лице подсказала ему, что приснилось ей что-то очень хорошее или даже самое замечательное, что только можно было себе представить. Засмотрелся он на нее ..., но потом, тихонько ступая, подошел к кроватке детей. Укрыл их, потому как утром прохладно и вышел во двор, слегка прижав сенные двери.
А вот теперь — уже стало слепить его утреннее солнышко, которое появилось над горизонтом, разгоняя туман по низинах. И путнику навстречу как бы пошли деревья, появляясь из туманной балки. А где-то между их ветвей начали щебетать птицы. Да, так и перекликались они пока человек не подошел, а потом замерли и опять все вместе, как бы поздоровались, и он им обрадовался. Даже присвистнул и с ними стал перекликаться, а затем, пройдя балку, снова пошел лугом.
Но роса на траве уже изменилась и не так бодрила его босые ноги. Она теперь лечила только пятки, а не его душу, заскорузлую от далекого и чужого города, в который ему уже не хотелось возвращаться. Вот так, не заметив, человек тот пришёл и уже на окраине соседнего села, поспрошал бойкого парня, что гнал стадо, о доме их сельского главы.
— Кто? Мареничи? Их так у нас по-уличному зовут, а живут в той же самой хате, где всегда жили их отцы и деды. Ничего, что хатка старенькая и низенькая, но какая она тёплая — эта наша сельская мазанка. Ибо все те, что из кирпича за ночь остынут, а вот мазанка еще и после обеда тепло держит, — похвалился парень, а потом как бы опомнился и добавил, — так идите прямо, не минёте. Она у нас такая одна, как и наши Мареничи… А как они поют? Куда там браться этим «пивцам» из Евровидения. Да и сам Скрипка позавидовал бы, ибо в его пении того нет, что плывёт над лугами и сельской живой землей.
— Любишь ее, землю? — спросил человек.
— Как мамку, — ответил парень и шмыгнул вдогонку своего стада, помахав мужчине рукой с кнутом на прощание.
«Ты смотри и этот парубок, пригрозил мне, потому как бросил я землю-мать. Он как бы почуял, что со мной делается», — покачал головой сам на себя человек и пошёл по улице к той самой мазанке.
— Добрым людям, доброе утро! – поприветствовал он, заходя во двор, — и дайте мне водицы из вашей криницы, — пошутил с порога он.
А в том дворе и без него было шумно, потому как все Мареничи точно уже проснулись и вышли из хатки каждый по своей нужде. Но услышали и все вместе откликнулись, поздоровавшись. А такой себе дюжий дядька прогремел ему в ответ.
— Дадим холодной водички из нашей чудесной кринички, ибо другой не держим, — сложил в рифму хозяин ответ и сам зареготал своей шутке, чем всех всех заразил смехом, а потом протянул широкую, как лопата, руку.
— Петро, — представился он и внимательно поглядел на гостя, ожидая его имя, а тот даже немного растерялся, но потом опомнился.
— Вовка, — воскликнул он, да так, словно забыл сколько ему уже лет и, что там в городе он уже Володя или Владимир
Но тут на селе Маренычи поняли, что он свой сельский парубок и тоже засмеялись.
— Волков бояться, так и в лес, что ли не ходить, да? А Вовке к нам можно, — поддержал смех гостя хозяин и предложил тому парного молока из кувшина, которое только-только от коровы, которую погнали в стаде на выпас.
— Добротное молоко ваше, — поблагодарил Вовка, когда оторвался от кувшина, ибо дома они с женой коровы уже не держали, а поэтому по соседям жена покупала молоко для детей, но вот парного ему уже давно не попадало.
— Вижу, что соскучился, — догадался Петр, — и не только за молоком, но и за селом, потому как руки у тебя не в земле, а в цементе и в кирпиче. Так на каких заработках бедкуеш?
— Да нет, — как испугался Вовка, — у нас всё есть и не бедкуем мы…
— Так да или нет? А ты добрый человек о себе одиноком вспомни там на чужбине, или о жене и детишках, так может и поймешь, что это всё — но не все? — поправил его хозяин, — я тоже проходил батраком по тем «панам» и «господам» и тоже сначала считал, что я работящий и, как есть, неленивый. Но получилось так, что не всё, и даже не наполовину, я главное едва не потерял — понял !? – то ли спросил, то ли подтвердил Петр.
— За тем я к тебе и наведался. Мне дед Панас посоветовал, а я действительно бедкую, но сам себе толку не дам, — ответил Владимир и посмотрел на Петра.
— Спасибо деду, а я подскажу, ибо мне тоже подсказали, когда встретился хороший человек, который научил тому, что сам знал, да и я того тоже попробовал. А пока ты присядь, а то парное молоко в голову ударит и сильно затоскуешь. Да и я с тобой ненадолго присяду, а то мои дела, что мои дети и они без меня, как без матери, — улыбнулся Пётр и показал рукой, как жена возится с малыми, а старшие уже сами пошли в школу.
— А вот мои дела, как сироты, потому бросил я их в поисках лучшей доли… А там ее нет, хотя я и нашел некий достаток, — размыслил гость и совсем ему грустно стало, когда глянул на хозяина, который продолжал улыбаться, глядя на своих детей.
— Вот я и вернулся, Вовка, к настоящей жизни, ибо тот человек подсказал мне, чтобы занялся я тем, что действительно мое и к чему у меня есть талант, а также что делаю я с удовольствием. Я — то самое не сразу понял и даже начал ему возражать, что пьяницы пьют тоже с удовольствием, однако потом наступает похмелье, и оно крайне тяжелое. Я пробовал, да и ты знаешь, — сказал Петр и затем добавил, — но вот с настоящим удовольствием — это от души и с душой, а не от водки и кутежа.
— Про водку я знаю, — сказал Владимир, — а от души это как? А, как с душой?
— А это, когда времени не замечаешь и когда получается для тебя лучше, чем получил, — как-то очень просто объяснил хозяин и гость его тоже сразу понял.
— Так и я свой сад обожаю и каждое дерево, как своего ребенка опекаю и там на заработках о них помню, а сад мой снится мне. И мои друзья-деревья зовут меня к себе, чтобы обернуть в свою листву. А урожай и плоды, это только результат, которого действительно ждешь и радуешься, если он есть. Но вот деревья, это настоящее счастье, я с ними всегда разговариваю и зимой укутываю, как малышей, чтобы не замерзли и отошли весной. Потому как они живые и тоже тянутся ко мне, и шелестят, и шепчут, как будто что-то хотят сказать, а я понимаю их шелест… — задумался Вовка, потом спохватился и посмотрел на Петра, к которому подошла тихонько жена с детьми и тоже заслушались.
— Вот и я вернулся, потом вытащил из сарая родительскую мотоциклетку и наладил ее. А вот, когда мой железный конь завелся, то я и прыгал вокруг него, и отплясывал гопака, и хлопал в ладоши, так крепко, что чуть не отбил их. Нет, я никуда не ехал, а только слушал, как он грохочет и лучшей песни я не знаю. Так вот и сейчас, если только кто проедет мимо дома, я сразу улавливаю, как тяжело двигателю, если он не смазан и не ухожен, как следует и с любовью, — заслушался хозяина и гость, понимая его, а тот уже в шутку добавил, — о то ж, так и «не было детей на селе, как бы ни Васили», а в нашем селе почти вся техника на мне и под моим пристальным наблюдением, и деньги за уход я не беру, потому как радость тогда от полученного есть, а счастья от простого «спасибо» уже нет.
— Интересный разговор у нас Петр получается, ибо шел я только за одним, а наткнулся на всё и сразу, — сделал для себя вывод гость, — вот и я за соседскими деревьями от души ухаживал пока на заработки не поехал. Так может и у нас на селе есть свои Васили?
— Вижу я, что есть, а всё остальное, Володя, приладиться, потому как твой личный пример, будет почти всем понятен. И я тоже поначалу не знал, за что его браться, но взялся за себя и получилось так, что даже начали из города возвращаться односельчане. Оно и там очень многое поменялось, а здесь мы все за всех и каждый за каждого: и в счастье, и в жалости, — поделился Петр, — вот и подумай о своем счастье, но только ради и для людей, смотри и достаток появится, а в нём живется ладком, а не с комфортом, так себе, тянется. Хотя, теперь и он рядом… Вон у меня, хоть и родительская мазанка, но и туалет, и душ с ванной я тоже к ней с боку приладил, а ещё спутниковую антенну и в сети интернет я тоже пользователь.
— Интересно, а я вот только на телефоне и то немного там втыкаю, потому что с женой связь держу, — пожалел Владимир.
— Ничего до этого сам дойдешь, когда сельские проблемы припрут и начнешь их сам решать, потому что местные чинуши не очень хотят, чтобы то ни было на себя брать. А я в них почти ничего и не выпрашиваю, так они и мне почти не мешают, потому как из нашего села такие Васили в люди вышли, что им только надо об этом напомнить и на день села пригласить, а то не они все и только на проводы и едут, — посетовал Пётр и добавил, -. вот тебе, Володя, может и еще один мой «секрет» раскрываю, о котором я всем председателям сельсоветов рассказывал, но когда они сами с собой не сладили, то как село своё потянут? А ты потянешь, но только тогда, когда вылечишь все деревья в ваших садах и возродишь тот ваш колхозный сад, потому как даже я завидовал, здоровенный он у вас был в советское время.
— Но там, — сказал, уже доходя до калитки, неожиданный гость Маренычей — деревьев уже почти нет, а земля-то осталась. И она еще за сельсоветом числится, ибо слышал, что ее не раздали на паи… А в общем, люди добрые, спасибо, что всем угостили и главное голову мою на место поставили, а вот, как со своими делами справитесь, то садитесь на свою мотоциклетку и айда ко мне, потому как я такой вот Вовка один в селе на садовника учился, да и мой дом, хоть и не с краю, но с вашей стороны.
— Да уж приедем, а то вижу, что я много чего не досказал, — ответил Петр и они распрощались.

0 комментариев

Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.